Глобальная нефтяная артерия остановлена. С вечера 18 апреля Корпус стражей исламской революции (КСИР) перекрыл Ормузский пролив. Возобновление движения возможно только после одного условия — полной отмены морской блокады Ирана со стороны США.
Через этот узкий проход между Персидским и Оманским заливами ежедневно проходят танкеры с 20% всей морской нефти планеты. Любая блокировка здесь — это не региональная проблема, а удар по кошельку каждого автомобилиста в любой точке земного шара.
Почему сейчас
Официальный Тегеран объясняет свои действия прямым нарушением договорённостей со стороны Вашингтона. 8 апреля вступило в силу двухнедельное соглашение о прекращении огня. Иран ожидал, что США снимут блокаду иранских судов и портов. Этого не произошло.
Заявление КСИР, опубликованное на портале Sepah News, гласит: США не выполнили обязательства — значит, пролив закрыт до победного конца.
Словесная перестрелка накануне
За день до блокировки, 17 апреля, глава иранского МИДа Аббас Арагчи заверял: пролив «полностью открыт» для торговли на время перемирия.
Ответ Дональда Трампа не заставил себя ждать. В тот же день он заявил: морская блокада «останется в полной силе», пока Иран не заключит сделку. А 18 апреля американский президент отрезал: «Иран не может шантажировать нас проливом».
После этих слов КСИР и перекрыл воду.
Ультиматум для моряков
Командование ВМС КСИР распространило инструкцию, не терпящую двусмысленности:
- Всем судам — застыть на месте в Персидском или Оманском заливе.
- Любая попытка приблизиться к Ормузскому проливу будет приравнена к «сотрудничеству с врагом».
- Нарушителей ждут «соответствующие меры». Какие именно — не уточняется, но в военной терминологии это звучит как угроза применения силы.
Единственные разрешённые источники информации для капитанов — официальные каналы КСИР и международная морская частота 16 УКВ (обычно используемая для сигналов бедствия). Ирония судьбы: частота спасения теперь транслирует приказ о блокаде.
Что дальше
Мир замер. Цены на нефть уже поползли вверх. Если кризис затянется, последуют экстренные заседания Совета Безопасности ООН и, вероятно, новые экономические меры со стороны Запада. Но пока что ключ от пролива — в руках Тегерана.