Государство оценило минимально необходимый для жизни бюджет кыргызстанца в 8 697 сомов в месяц. Но эта сумма — лишь средняя арифметическая между дорогой жизнью в столице и более скромными тратами в регионах, а также между разными категориями граждан. Куда уйдут эти деньги и почему цифры для мужчин и женщин различаются — в разборе актуальных данных.
Цифры для всех: кому сколько?
По итогам 2025 года прожиточный минимум вырос, но его величина сильно зависит от статуса:
- Для трудоспособного населения: 9 740 сомов. Примечательно, что для мужчин эта сумма чуть выше, чем для женщин, что отражает различия в утверждённых нормах потребления.
- Для пенсионеров: Около 7 700 сомов.
- Для детей: Примерно 7 400 сомов (варьируется по возрасту).
- В среднем по стране: 8 697 сомов.
Раскладка по полкам: на что уйдут эти деньги?
Потребительская корзина, из которой складывается этот минимум, имеет чёткую структуру:
- Питание: Более 5 600 сомов (около 65% всего бюджета). Основная и самая тяжёлая статья расходов.
- Непродовольственные товары (одежда, обувь, бытовая химия): Около 1 400 сомов.
- Услуги (ЖКХ, транспорт, связь): Примерно 1 480 сомов.
- Налоги и сборы: Около 170 сомов.
Две страны: география цен
Ключевое открытие данных — огромный разрыв между регионами. Фактически, в Кыргызстане существуют разные «прожиточные минимумы»:
Самый высокий: В Бишкеке и Джалал-Абадской области он превышает 10 000 сомов, что объясняется высокими столичными ценами и особенностями локального рынка.
Самый низкий: В Иссык-Кульской области — чуть более 7 900 сомов.
Разница между лидером и аутсайдером составляет более 2 000 сомов — это существенная сумма в рамках и без того сжатого бюджета.
Что это значит?
Прожиточный минимум — не просто цифра. Это ориентир для установления МРОТ, минимальной пенсии и социальных пособий. Тот факт, что более половины его уходит на еду, указывает на высокую уязвимость малообеспеченных семей перед ростом цен на продукты. Региональный разрыв ещё раз подчёркивает, насколько по-разному выглядит проблема бедности в столице и в регионах.
Таким образом, новые цифры — это скорее инструмент для чиновников и повод для общественной дискуссии о реальной стоимости достойной жизни, чем руководство к действию для обычной семьи.